Когда же учить детей про то, что такое семейная жизнь?

Когда же учить детей про то, что такое семейная жизнь?

Во время родительского собрания решительно поднялась мама одного из девятиклассников.
— Не рано ли говорить с нашими детьми о семейной жизни? Тем более, что вы ведь касаетесь и всяких таких тем…

Выслушав, задаю ей вопрос::
— Значит, вы с сыном на эти щекотливые темы типа семейная жизнь не говорите. Я тоже не буду говорить. Тогда кто же будет говорить о семейной жизни? А потребность в таком разговоре у подростков есть. Было бы неестественно, если бы ее не было. Так к кому он обратится со своими вопросами? Куда пойдет? В подворотню, чтобы послушать искушенных циников с татуировкой на груди? Или заведет разговор со сверстником, который тоже ничего не знает? Или, прослышав, что есть на свете какие-то порнографические журнальчики, картиночки, начнет их добывать?

А ведь существует наука о физиологии и психологии мужчины и женщины, о семейной жизни, существуют мудрые заповеди, окристаллизованные опытом многих поколений, есть прекрасные уроки, преподанные философией, социологией, литературой. Почему же не открыть все это молодежи? Зачем допускать, чтобы истины, необходимые каждому юноше и девушке, познавались путем проб и ошибок? Часто горьких ошибок…

Конечно, беседа на уроке о семейной жизни, взаимоотношениях полов — дело невероятно трудное. Точно балансируешь на тонкой проволоке над пропастью. С одной стороны — опасность излишнего морализирования, «наставнического зуда», столь иронически воспринимаемого молодежью, с другой — не меньшая опасность чрезмерной обнаженности, упрощения и «приземления» того, что всегда должно оставаться таинственным, недосказанным…Сложность и в том, что перед педагогом сидят ребята пусть и одного возраста, но с разными исходными представлениями о предмете беседы, с неодинаковым воспитанием и уровнем эмоциональной и социальной зрелости.

Прежде, чем начать занятия для изучение понятия семейная жизнь, следует, разумеется, изучить класс. Я предлагаю анонимную анкету. И, проанализировав ее, узнаю, что 28% девочек и 54% мальчиков в девятом классе считают для себя возможными добрачные интимные связи. 12% девочек ответили неуверенным «не знаю». Многие сделали приписки: «Как сложатся обстоятельства», «По любви можно», «Смотря в каких случаях».

Подводя итог анкетированию, предлагаю классу задачу: «Шестнадцатилетняя девушка, отдыхая у бабушки в Приморске, познакомилась с парнем. Ей показалось, что она полюбила его, и она, уступая его требованиям, вступила с ним в интимную связь. Какими последствиями в будущем может это для нее обернуться? будет ли после этого семейная жизнь?»В классе надолго устанавливается напряженная тишина. Девятиклассники что-то пишут, перечеркивают, опять пишут. Около 50% мальчиков работы не сдали. Ответы остальных короткие, немногословные. Вот наиболее типичные:

«Она будет опозорена на всю жизнь».
«Девушка может родить ребенка, и ей придется одной его воспитывать. Отец ребенка не будет этим заниматься, потому что девушка, которой двух недель на морском берегу достаточно, чтобы вступить с парнем в интимную связь, никому не нужна, и у неё не будет семейной жизни».
«Она будет очень жалеть о происшедшем».
«Всю жизнь такая девушка может быть одинока».

А вот еще вариант ответа:
«Если она сообщит в милицию, его посадят…».
Да, нашлись, к сожалению, в классе мальчики, которых занимали только последствия, которые может вызвать данная связь для юноши. И несмотря на четкое условие задачи, о судьбе девушки они не написали ничего. Не задумались, значит, над этим…
А что же девятиклассницы? Таких, которые не пожелали бы или не смогли ответить на поставленный вопрос, очень немного, всего 5 — 8%. Все девочки, как выяснилось, в общих чертах знакомы с последствиями ранних половых связей: написали они и о возможности венерических заболеваний, и о том, что первый аборт может повести к бесплодию, правильно рассуждают о том, какой психологический дискомфорт может ожидать в будущей семье девушку, потерявшую свое целомудрие задолго до замужества.

В общем, ясно, что девочки интересуются специальной литературой о семейной жизни, возможно, слушают соответствующие беседы и лекции по радио, черпают информацию из фильмов, книг.
Но почему же при всем том почти треть девятиклассниц сочла для себя возможными добрачные связи?
Видимо, знать и понимать, знать и чувствовать — не одно и то же. Информированность еще не создает жизненной позиции, не воспитывает нравственных устоев. И не может быть сомнений в том, что одни только уроки этики и психологии, как бы хорошо они ни проводились, не могут заполнить эту брешь. Нравственному воспитанию, и воспитанию семейной жизни должны способствовать все уроки, вся внешкольная работа, атмосфера школы и семьи. Пожалуй, прежде всего — семьи.

Но возвратимся к девятиклассникам. Продолжая решение задачи, мы сообща пытаемся понять, что может побудить девушку к интимной близости. В беседе, идущей на пределе откровенности, выясняется, что девочек интимная близость вообще не привлекает. Меня такой поворот разговора отнюдь не удивляет — этот факт и медикам, и психологам хорошо известен. Но мальчикам нелишне знать об этом. Ибо многие юноши, опираясь на уверения тех самых «учителей из подворотни», считают, что отказ девушки — это просто «ломанье», ритуал, что в действительности она ждет решительных действий.Уступка девушки — это уступка не себе, а юноше. В анонимных письмах, которые приходят мне на домашний адрес (есть и такая форма работы), школьницы писали, что побудительной причиной может быть желание выглядеть взрослой, любопытство, боязнь потерять поклонника, который нравится, слабоволие.

В анонимных письмах мне задают и вопросы, на которые обязательно я должен ответить на уроке. А вопросы бывают очень непростые. Например: «Слышали, что в некоторых районах Индии девочки выходят замуж в 13 лет, а в 14 многие становятся мамами. Почему же у нас девочку, родившую ребенка в 15 лет, все осуждают?»

Несколькими фразами про семейную жизнь здесь не отделаешься. Начинаю с того, что очень ранние браки, которые были приняты когда-то на Востоке, чреваты серьезными последствиями для здоровья юных жен. Поэтому врачи сейчас борются против этих давних традиций.

Совсем не случайно в большинстве стран семейная жизнь и вступление в брак разрешается с 18 лет. Примерно к 18 — 19 годам обычно наступает физическая зрелость. В этом возрасте женщина может благополучно выносить беременность, родить ребенка, а затем и воспитать его. Это о возрасте. Но дело ведь еще и в социальном статусе. Совсем по-разному чувствует себя женщина взрослая, замужняя, сознательно стремящаяся к материнству, и девочка, беременность которой — результат неразумности, беспечности, моральной незрелости.

Взрослая женщина спокойна, у нее обычно есть полная ясность относительно того, как сложится будущее. Рождение малыша станет, конечно, радостью не только для нее самой, но и для всей семьи. Она получит оплаченный отпуск. Ее заботы о ребенке разделит муж: когда малыш подрастет, она сможет вернуться на работу… Материнство возвышает женщину и в собственных глазах, и в глазах окружающих, и у неё нормальная семейная жизнь. Но представьте себе, как смотрят окружающие на четырнадцатилетнюю девочку со всеми очевидными признаками беременности?

Не будем становиться в позицию тех, кто ее осудит. Но вполне поймем тех, кто ее пожалеет. Ведь роды у нее, вероятнее всего, будут тяжелыми. Воспитывать ребенка одна она не сможет — значит, возложит это бремя на своих родителей. Ей, скорее всего, придется уйти из школы. Она чувствует себя очень одинокой. Девочки слушают, сами дополняют психологический портрет 15-летней матери, дорисовывают ее судьбу.

А назавтра в моем почтовом ящике нахожу письмо с вопросом: «Почему нельзя купить без рецепта гормональные противозачаточные таблетки?» И снова на занятиях, которые проводятся только для девочек, разъясняю, что гормональные таблетки, принимаемые бесконтрольно, могут расшатать эндокринную систему организма, нанести непоправимый вред здоровью. Да и проблема отнюдь не только в профилактике беременности. А в том, что интимная близость в юном возрасте сама по себе таит опасность эмоционального оскудения, сексуальных расстройств. Из письма юноши: «Мне еще в 14 лет хотелось испытать близость с девушкой. Что это — нормальное желание или нет?»

Конечно, ответить можно по-разному. Я считаю лучшим ответом правдивый. И на занятиях с мальчиками поясняю, что медики считают ненормальным не влечение, а отсутствие его.
И дальше столь же откровенный мужской разговор о том, что половой инстинкт может стать и источником счастья семейной жизни, и источником несчастья. Что главное — насколько он облагорожен, «очеловечен». Что в сдержанном поведении, деликатности по отношению к девушке, в робости перед нею — больше истинной мужественности, чем в напористом стремлении к обладанию. Что от него, юноши, зависит судьба девушки, а может быть, и ребенка. Да и в конце концов его собственная судьба. Вот какую ответственность должен он осознать, если хочет быть настоящим мужчиной!

Насколько эффективно преподавание в школе этики и психологии семейной жизни, покажет время. Ведь мы, учителя, по этому предмету оценок не ставим. Но когда после полугода занятий о семейной жизни я снова попросил учеников заполнить анкету, результаты изменились. Лишь 4% девочек ответили, что считают возможной раннюю связь, 7% оказались в числе колеблющихся…
Первый опыт позволяет сделать такой вывод: не надо огласки, публичности. Но вести доверительный, правдивый разговор о семейной жизни с подростками необходимо. И не только преподаватели нового предмета, не только вообще учителя, но и родители должны быть готовы к тому, что придется ответить на «трудный» вопрос «семейная жизнь». Думаю, надо радоваться, если такой вопрос задан: это признак доверия.


Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

Time limit is exhausted. Please reload the CAPTCHA.